Тяжело ступая, Элис подошла к умывальнику и налила воды в фаянсовый таз. Подняв голову, она пристально посмотрела на себя в зеркало и удивилась, что выглядит совершенно так же, как вчера. Ну, может быть, у нее сегодня немного усталый вид, но в остальном – все как всегда. Поразительно, но пережитое потрясение никак не сказалось на ее внешности!

– А ты ожидала, что у тебя все будет написано на лбу? – спросила Элис свое отражение.

Она покачала головой, удивляясь собственной глупости, потом быстро умылась и оделась. Некоторое время ушло на то, чтобы привести в порядок волосы. Они были растрепаны и взлохмачены, и это тоже напомнило ей о вчерашнем. Как только она дотронулась щеткой до спутанных кудрей, у нее в ушах зазвучал шепот Натана:

– Твои волосы прекрасны. Тебе надо носить их распущенными…

Дернув с досады непокорный локон, Элис собрала волосы в тугой пучок. Она проследила за тем, чтобы ни одна прядка, доже самая маленькая, не выбилась из гладкой прически. Торопливый туалет Элис был закончен. Она глубоко вздохнула, одернула юбку своего серого платья с длинными рукавами и высоким воротничком и открыла дверь спальни.

Как она и думала, он был тут. Стоял у окна и хмуро смотрел на серое, ненастное небо. Заслышав ее шаги, он обернулся, и на короткий миг их взгляды встретились.

– Доброе утро, – негромко сказал Натан. Элис почувствовала, как звук его голоса обволакивает ее, словно густая патока.

Не доверяя своему голосу, Элис предпочла не отвечать, а ограничилась лишь коротким кивком. Она направилась к плите и принялась сосредоточенно разжигать огонь.

– Меня удивляет, что вы еще не уехали, – проговорила она, вороша пылающие угли.