После войны из одной квартиры новая власть одним взмахом мастерка сделала две, замуровав двери между смежными комнатами. В результате в одной квартире имелись прекрасные ванная и туалет, но не было кухни; в другой была великолепная кухня, но не было санузла. Конечно, под недостающие помещения были кое-как переоборудованы другие комнаты, но крошечная (5 кв.м.) полутемная кухня, слабо освещенная единственным узеньким окном, выходившим на лестницу, стала самым неприглядным и мрачным местом во всей квартире Романа. Впрочем, окна всех трех комнат, и ванной с туалетом выходили в маленький двор-колодец, вымощенный каменными плитами, отчего в квартире всегда было не слишком светло, а солнце заглядывало только в спальню, и то ранним утром на полчаса.

Должен сказать, что эта сумеречность мне, всю жизнь прожившему в квартире с окнами на юг, показалась даже более значительным недостатком, чем была на самом деле, и я сетовал, как может мой родственник жить в таком мрачном месте; однако во всем остальном квартира мне очень понравилась, тем более что Роман, сделав ремонт не чета моему, сумел сохранить все привлекательное и своеобразное из прошлого жилища, например, печи, крытые старинными изразцами, или не менее старинный, начала 20 века сливной бачок с надписью на немецком языке.

Замечу еще, что планировка квартиры была довольно удобна: входная дверь вела в длинный и просторный коридор, где справа располагалась та самая убогая кухня, а слева - детская, туалет и ванная. Коридор заканчивался входом в гостиную, смежной с которой была спальня. Высокие потолки, много воздуха, старинные изразцовые печки, блестящий узорный паркет, тихий район, спокойные соседи - короче, хороший дом (+хорошая жена), ну что еще нужно человеку, чтобы спокойно встретить старость, как говаривал басмач Абдулла. Или, как минимум, спокойно набраться сил перед новым учебным годом.