Он выдал эти сведения без малейшего намека на самодовольство; кроме того, Нине понравилось, как непринужденно он разговаривал со стариком-крестьянином. Она немного оттаяла по отношению к своему спутнику, но все еще держалась настороже после истории с Локасто.

«Старое фамильное поместье» растянулось на много километров, Нина ясно поняла, что Фредерико Бьяччи очень богатый человек, хотя он и сказал, что поместье дохода почти не приносит.

— Вы, по-видимому, постоянно приезжаете сюда из Штатов, — сказала Нина. — Что в этот раз привело вас на Сицилию?

— Семейное дело. Мне нужно было проверить, как здесь справляются с делами, и закончить приготовления к свадьбе. Когда все будет выполнено, я вернусь в Нью-Йорк, — ответил он.

Мысль о том, что его дом полон слуг и родственников, успокоила Нину. А о какой свадьбе он говорит? О своей?

— А чья это свадьба? Ваша? — смело спросила она, сжав кулаки на коленях.

— Нет, не моя, — чуть улыбнувшись, ответил он.

Нина решила, что он скорее всего уже женат. Она бросила взгляд на его правую руку, чтобы посмотреть, есть ли кольцо. Кольца не оказалось, но, может, на Сицилии это и не принято. Девушка откашлялась и спросила:

— А вы женаты? У вас есть дети?

Его улыбка стала таинственной.

— Нет, — коротко ответил он.

Странно, но Нина почувствовала облегчение.

— Похоже, мой вопрос отдает идиотизмом. Если бы вы были женаты, то вряд ли повезли бы меня к себе домой, чтобы я могла принять ванну.

Выпалив это, она покраснела. Выходило так, будто она подозревала, что у него не вполне благовидные намерения, в то время как он уже ясно дал понять, что в своем теперешнем виде она для него не слишком привлекательна!

— Вот вы и узнали кое-что обо мне, — сказал Фредерико, пропустив ее слова мимо ушей. — А что вы можете рассказать о себе, Нина? Зачем вы приехали на Сицилию?