В ответ на ее слова Фредерико скупо улыбнулся.

— Обычно его держат на привязи. Сегодня он, наверное, услышал чужой голос и перегрыз веревку. Но сомневаюсь, чтобы он смог прогрызть дубовую дверь, — закончил он, двусмысленно подняв бровь.

Нина вспыхнула и сжала кулаки.

— Если это завуалированная угроза с намеком на спальню, то вы опять промахнулись, так как я не собираюсь здесь оставаться, — ледяным тоном сообщила она. — С меня хватит, я уезжаю.

Она решительно подняла с пола свой рюкзак, а собака злобно заскулила. Нина удивленно посмотрела на пса, который, кажется, совершенно не хотел с ней расставаться.

— Прости, дорогой, но мне нужно ехать, — проговорила она. — Помни, что ты должен хорошо вести себя с хозяином и…

— Это не моя собака, — перебил ее Фредерико. Он стоял, засунув руки в карманы, и раскачивался на каблуках. — Поэтому мы и недолюбливаем друг друга, — небрежно продолжил он. — Он принадлежит экономке, которой сейчас здесь нет, — она занята приготовлениями к свадьбе.

— Вот как? — Нина нахмурилась. — Но я надеюсь, вы будете заботиться о нем, пока его хозяйки нет. Почему вы не даете ему побегать? Собаке таких размеров вредно сидеть на привязи. Тогда бы вы нашли с ним общий язык, — язвительно закончила она.

— У меня есть дела поважнее, чем нянчить собаку.

Нине его слова не понравились.

— Но вы все же о нем заботитесь? — с нажимом спросила она.

Фредерико небрежно пожал широкими плечами.

— Время от времени я бросаю ему объедки.

Нина возмущенно воскликнула:

— Но ему же нужно двигаться! Такой большой собаке нужно очень много бегать!

Фредерико лишь снова пожал плечами.

В глазах Нины появилось отчаяние. Ей было больно слышать, что таким великолепным животным пренебрегают.

— Вы испорченный Человек, — горячо проговорила она. — Как вы можете относиться к собаке так безразлично? Если бы я осталась у вас, то позаботилась бы о том, чтобы он ел, пил и бегал, сколько нужно, я бы дала ему ту любовь, которую…