Дермот выразил надежду, что встретится с Эдвардом.

Он рассказал нам о своей обители в Корнуолле, принадлежащей семье Трегарлендов уже несколько веков. Дом построен из серого камня, выходит фасадом к морю и принимает на себя все штормы с юго-запада. Он имеет по обеим сторонам башни, от дома спускается к самому берегу сад, через который проложена тропа к берегу.

— К нам приезжают немногие, да и те только летом.

— А большая у вас семья? — поинтересовалась я.

— Живу с отцом-инвалидом. Вот и вся семья. Мать умерла, когда я был совсем маленьким. Однако нельзя не назвать Гордона Льюита, управляющего в нашем имении. Его мать следит за порядком в доме и вроде бы приходится нам какой-то дальней родственницей. Она появилась у нас вскоре после смерти моей матери и вот уже двадцать три года следит за порядком в имении Трегарлендов.

— Значит, ваша семья — это вы и ваш отец, — уточнила Дорабелла.

— Да, это так. Но, как я уже сказал, Гордон Льюит и его мать — тоже как бы члены нашей семьи.

— Интересно… — заметила Дорабелла.

— А чем вы занимаетесь? — спросила я.

— У нас есть несколько ферм. Мы сдаем их в аренду и имеем с этого небольшой доход. Само собой разумеется, у нас есть и своя собственная земля, на которой работаем мы с Гордоном.

— Почти как у нас в Кэддингтоне, — сказала я. — Мы немного разбираемся в управлении имением, не так ли, Дорабелла?

— Не удивлен, — ответил Дермот. — Но уже поздно, и, пожалуй, я останусь здесь поужинать. А потом пойду к себе в гостиницу. Как-нибудь доберусь.

Так мы болтали, пока не вернулись Курт с Эдвардом. Узнав о нашем приключении, Эдвард ужасно разозлился: он ведь предупреждал нас о туманах в лесу.

И все равно мы весело провели тот вечер. Хозяева пригласили Дермота и нас поужинать с ними, в кругу семьи.