Торопливо скинув одежду, Джейрд лег рядом. Нанеки была очаровательной женщиной, в которой кажущаяся хрупкость сочеталась с силой. Недаром она почти каждый день по несколько часов плавала в океане или, стоя на специальной доске, искусно скользила вдоль берега, как это умеют делать только гавайцы. У нее была тонкая талия, пышные упругие груди и удивительно нежные руки. Нанеки с радостью принимала ласки любовника, и он не боялся неосторожным движением причинить ей боль. Эта женщина была достойным партнером, и они прекрасно подходили друг другу физически. Джейрд взял ее, и они слились в единое целое.

— Теперь тебе нужна ванна, — прошептала Нанеки, проводя пальцами по влажной спине Джейрда.

Он только хмыкнул в ответ и перевернулся на спину. В комнате стояла удушающая жара. Полуденное солнце било прямо в окно, а едва заметный ветерок не приносил успокоительной прохлады. Конечно, им надо было заняться любовью в одной из комнат, выходящих на противоположную сторону, куда солнце заглядывает только утром.

Нанеки никогда не спрашивала, почему он не приглашает в свою спальню, расположенную напротив ее комнаты, и Джейрд был благодарен ей за это. Он не хотел нарушать свое уединение. Ведь из спальни Нанеки всегда легко ускользнуть к себе и снова остаться одному, а просить женщину, только что дарившую ему свои ласки, уйти к себе Джейрд считал непростительной бестактностью.

Пока Нанеки готовила ванну, он размышлял о том, почему так любит одиночество. По ночам его нередко посещали страшные видения, от которых Джейрд с криком просыпался. Возможно, причина крылась именно в " них: он не хотел ни с кем делиться своими тягостными воспоминаниями.