– Да, у нее был сын. – По телу Иден пробежала дрожь ужаса: даже сейчас, через столько лет, мысль об этом человеке пугала ее. – Он, кажется, умер за несколько лет до миссис Фаррингтон.

– Я думала, ты ей писала все это время, – пробормотала Мелисса, щедро сдабривая молоко шоколадным сиропом.

Хорошо, что Стюарт никогда не снисходит до того, чтобы заглянуть в холодильник, подумала Иден, которая регулярно покупала всякие вкусные, но калорийные продукты для дочери. Обнаружив их, зять, пожалуй, мог бы устроить скандал. Но Стюарт не станет заглядывать в холодильник в поисках «чего бы съесть».

– Нет, милая, – ответила Иден на вопрос дочери. – После того как мы уехали из города, я не поддерживала отношений с миссис Фаррингтон. Видишь ли… Так получилось. – Она решила закрыть эту тему. Конечно, теперь Мелисса уже взрослая, но все же Иден не хотелось рассказывать ей, что сын миссис Фаррингтон оказался педофилом и что им пришлось убегать из дома ночью.

Много раз за прошедшие годы Иден думала о миссис Фаррингтон, и ей очень хотелось узнать, как дела у пожилой леди, жива ли она. Иной раз Иден даже чувствовала себя виноватой – ведь она убежала, оставив беззащитную старую женщину один на один со злодеем сыном. Но потом она вспоминала, как он подошел тогда к кроватке ее дочери, и вновь убеждала себя, что поступила правильно. Нельзя было рисковать Мелиссой, ее здоровьем и счастьем. Иден взглянула на часы и повернулась к дочери:

– У тебя всего две с половиной минуты до возвращения твоего господина и повелителя, так что допивай молоко и вымой стакан.

– Не надо так говорить, мама. – Мелисса скорбно поджала губы. – Стюарт добрый и заботливый, и я его люблю… очень. – Последние слова получились не слишком членораздельными, так как Мелисса активно жевала и быстрыми глотками допивала молоко.

– Я знаю, он просто чудо, – отозвалась Иден и устыдилась, услышав сарказм в собственном голосе.