Между тем, разгорелась ожесточенная перестрелка. Незадачливые члены следственной группы гибли один за другим. Их противники мелькали за деревьями неясными тенями и было непонятно, какие они несли потери в свою очередь.

Засеян из положения лежа, с профессиональной ловкостью, выпустил целую обойму из своего пистолета по мелькавшим силуэтам и огонькам неприятельских выстрелов. Но один из них настиг бравого лейтенанта, он дернулся и упал физиономией в лесной муравейник, который использовался им в качестве бруствера.

Богданович, искусно маневрируя, попытался зайти противнику в тыл. Это ему удалось. Стоя за толстым деревом, он проверил свой пистолет, намериваясь внезапно выскочить из-за своего укрытия и открыть огонь по противнику с тыла. Он поднял взгляд от пистолета и увидел что-то прямо перед собой. Глаза сержанта испуганно расширились, а физиономию перекосила гримаса ужаса. Милиционер попытался воспользоваться своим оружием, но тут же получил три выстрела в грудь.

"Кусок Шварценеггера" притаился за высокими кустами и судорожно дергал заевший затвор пистолета. Отчаявшись, он отбросил в сторону ставшее бесполезным оружие и вынул из-за голенища своего высокого ботинка метательный нож. Находчивый милиционер взял нож лезвием в руку и на мгновение привстал из-за кустов, намериваясь метнуть его в противника, силуэт которого мелькнул совсем рядом. Но в тот же момент клинок брошенного кем-то ножа с сухим неприятным звуком воткнулся ему в горло.

Бой длился недолго и через пару минут выстрелы в лесу стихли.

Маша осторожно подняла голову и огляделась. Группы убитых милиционеров. Тимофей, который на коленях возле поверженного Засеяна безуспешно пытался вытащить скованными сзади руками из кармана лейтенанта ключи от своих наручников. И больше никого.

Увидев, что женщина смотрит на него, бывший однокашник жестами показал, что ему нужна ее помощь. Рот у него оставался заклеенным.