Когда смолкли последние смешки и они утерли слезящиеся глаза, одна и та же мысль пришла им в голову.

– Ни один из пистолетов не выстрелил! – воскликнул Том и резко повернулся к секундантам.

Когда они с Джеком бросились друг на друга с кулаками, они совсем забыли о джентльмене из Лондона. Разрываемые противоречивыми чувствами, подозревая, с одной стороны, джентльмена в том, что он все подстроил, а с другой стороны, опасаясь его презрения за их ребяческое поведение, они, еще не переведя дух, раскрасневшиеся, обернулись к нему.

Сэр Гэвин поднялся с пенька, на котором он с беспечным видом все это время сидел, и подошел к ним.

– Превосходно! Временами, может быть, слишком откровенно, прямолинейно, но я хотел бы взглянуть на вас без одежды. Когда будете в Лондоне, сообщите мне о своем визите, и я проведу вас в бокс-клуб Джексона.

Такое лестное предложение, исходящее от признанного Хозяина Ринга, не могло не успокоить задетые чувства недавних противников. Однако нельзя было терять достоинства.

– Сэр, – обвиняющим тоном произнес Джек, – ни мой, ни пистолет моего друга не были заряжены!

– Вы знаете, мне только что эта мысль пришла в голову, – сказал сэр Гэвин. – У меня такая плохая память! Вы должны простить меня, со мной бывают такие вещи, это всем известно.

Они подозревали, что над ними смеются, но было очень трудно затевать ссору с джентльменом из Лондона. Том вышел из положения, переключившись на Гарри.

– Ты должен был проверить оружие! Ты мой секундант!

– Я проверял! – ответил Гарри и разразился хохотом. Если было не совсем понятно, как следует вести себя с джентльменом из Лондона, то как быть с Гарри, – который имел наглость выставлять дураками двух друзей, столько раз терпевших его присутствие из чистого сострадания и позволявших ему сопровождать их в забавах, – было ясно как день.