Подобный тип брака она наблюдала в своем кругу. Она насмотрелась на одиноких отчаявшихся женщин, пытавшихся заполнить свою жизнь активностью именно такого рода. А в это время их мужья с головой уходили в свою работу, развлекалась среди своих партнеров, едва вспоминая, что у них существуют жены.

Она видела супружеские пары, где муж и жена существовали в двух параллельных мирах, которые имели только те точки соприкосновения, которые отвечали за выполнение ритуальных обязанностей: свадьбы, похороны, крестины, Рождество… У них почти не было тем для разговоров. Прелестные новобрачные, с восторгом приносящие клятву верности, с ужасом замечали через какое-то время, что живут с совершенно незнакомым, чужим человеком. А когда взрослые дети покидали отчий дом, жизнь таких пар становилась совершенно невыносимой. Их уже не связывали даже условности и привычки.

Перспектива просуществовать лет двадцать-тридцать таким образом совершенно не впечатляла Натали. Эмоционально стерильный брак… Что может быть противоестественнее и ужаснее?

Иногда ей казалось, что у них-то с Жан-Люком все будет по-другому. Он конечно же испытывал к ней какие-то чувства, хотя бы многолетнюю привязанность. Но чем ближе подступал день свадьбы, тем сильнее отдалялись они друг от друга. Когда он обнимал и целовал ее, Натали тут же забывала обо всех своих сомнениях и страхах и уверяла себя, что он любит ее по-настоящему. Но это происходило все реже и реже… Все свободное время поглощала подготовка к предстоящему торжеству. Поиск свадебного наряда для себя и для подружек невесты, обсуждение списка гостей, деталей церемонии, украшений… Смотрины, помощь маме в составлении букетов, выборе музыки, надписей на пригласительных открытках… От этого всего можно было сойти с ума!

Натали вымоталась и лишилась сил задолго до свадьбы. Это была уже не прелестная девушка, ждущая своего принца, а какой-то комок издерганных нервов и нарастающих сомнений. Только тот факт, что она собиралась замуж не за кого-нибудь, а за Жан-Люка, которого знала всю жизнь и любила с тех пор, как себя помнит, удерживал ее от желания остановить этот ужас задолго до церемонии.