Но черт побери, с самой первой встречи Джеймс постоянно убеждал ее уехать!

Внезапно он вскочил — быстро и грациозно, словно кошка. И вновь Тила подумала, что нужно убежать, где-нибудь укрыться, затеряться в болотах и добраться до Сент-Августина. Она хотела вырваться, но не успела и пошевельнуться. Джеймс потянул ее вверх, внезапно прижав к себе. И снова его взгляд пронзил девушку. В этот момент Тила не двинулась бы с места, даже если бы он не удерживал ее.

— Дурочка! — воскликнул Джеймс. — Теперь ты никуда не убежишь!

— Это ты всегда убеждал меня уехать, — со злостью напомнила она. — Ты бы вышвырнул меня со своих любимых земель, если бы это было возможно. Ты велел мне уехать…

— Но ты не послушалась.

— Я пыталась…

— Однако не прислушалась вовремя, — отрезал Джеймс, и Тила снова со всей остротой ощутила его пылающее сильное тело. — Один шаг от меня — и вы мертвы, мисс Уоррен. Неужели это не ясно?

У нее закружилась голова. Вокруг лежали трупы, и Типа не осмеливалась взглянуть на них, боясь кого-нибудь узнать и потерять сознание. На глазах у Тилы выступили слезы, когда она подумала о погибших. Одних из них девушка ненавидела. Но других…

У Джеймса странные понятия. А может, среди убитых белых есть и его друзья? Интересно, способен ли он питать к кому-то привязанность? У Джеймса только один брат — единокровный Он белый. Племянник Джеймса тоже белый. Белым был и отец Джеймса. Ему отчаянно не хотелось участвовать в сражениях, но жизнь воспротивилась этому.

Тила, услышав мучительный крик, вероятно, сильно побледнела, а у ее врага, очевидно, еще сохранились остатки сострадания, хотя он и не признал бы этого. Отдав какой-то громкий приказ на языке своего племени, Джеймс схватил девушку за руку и потащил прочь.

— Не смотри вниз и не оглядывайся! — бросил он.