— Конечно! — в один голос воскликнули сестры, и все трое направились в кабинет, отделанный резными панелями красного дерева. Усевшись на пол, молодые люди подтащили поближе железный ящик. Джордж повернул ключ в замке, вынул пачку писем, перевязанную тесьмой, и, распутав узелок, вытащил лежавшее в самом низу.

— Это первое послание Джеймса Хоксуорта, третьего герцога Фарминстера, — объявил Джордж, проглядев листок. — Он сообщает о гибели своего сына, Чарлза, утонувшего вместе с женой и дочерью во время кораблекрушения. К счастью, на борту не было внука Джеймса, Валериана, и, хотя мальчик вне себя от горя, дед убежден, что раны со временем затянутся. Джеймс добавляет, что рад соглашению, заключенному между Фарминстерами и Кимберли, и заверяет, что постарается выполнить свой долг, когда подрастет маленькая Шарлотта. Он спрашивает о ней.

— Как трогательно, — сухо заметила Аврора.

— А по-моему, он добрый старик, — откликнулась Калли.

— Итак, — протянула Аврора, — мы знаем, что родители Валериана Хоксуорта погибли и его растил дед.

— И бабушка, — добавил Джордж. — Джеймс упоминает о своей жене. Он писал папе дважды в год, в июне и декабре. Судя по содержанию писем, отец отвечал ему, рассказывал о новостях и семье, а главное — о тебе, Аврора.

— Старый герцог называл меня Авророй? — встревожилась девушка.

— Придется прочесть все письма, чтобы узнать наверняка, но в тех, что я успел просмотреть, твое имя не упоминается.

— А что говорится о внуке? Аквамариново-голубые глаза Авроры были задумчивы, а брови слегка нахмурены.

— Не слишком много. Погоди, вот есть кое-что в последнем письме от прошлого июня. В декабре отец ничего не получил.