Оралия устало отмахнулась:

- Да-да, конечно.

Ей необходимо время, чтобы собраться с мыслями. Дети совсем не понимают, что делают и как расстраивают мать своими необдуманными выходками. "Ах, если бы только Роберт был жив", - подумала она в тысячный раз за последние несколько недель. Но Роберт на небе. А ей придется смириться. Возможно, дети правы - их маленький обман не причинит особого вреда. Разве не более жестоко заставлять Аврору идти к алтарю с человеком, который ей не по душе! И что ни говори, а Каландра просто рвется занять место сестры. Ее дочь - герцогиня.

Оралия задумчиво нахмурилась. Нет! Все это ужасно! Но кто ей поможет? И что подумал бы Роберт, узнай он правду?

Женщина вздрогнула. Она прекрасно понимала, что подумал бы Роберт, но, проклятие, его здесь нет, а сама она, к сожалению, никогда не имела никакой власти над детьми. Их воспитанием занимался муж, и вот теперь, когда он оставил ее, приходится справляться самой со щекотливой ситуацией. Но она не заплачет, ни за что не заплачет! Подумать только, Каландра - герцогиня!

А в это время наверху девушки и служанки лихорадочно готовились к приезду герцога Фарминстера. Каландра сидела в большой деревянной лохани, служившей ванной и скрытой расписной ширмой. Ее горничная Салли, повинуясь приказаниям Авроры, вынула из гардероба нарядное платье. Удовлетворенно кивнув, Аврора ушла к себе, чтобы тоже переодеться.

- Вы просто сумасбродка, а ваш папа, должно быть, в гробу переворачивается, - ворчала ее служанка Марта. - Мисс Аврора, одумайтесь, пока не поздно. Мужчина есть мужчина, некоторые чуть получше, некоторые похуже, а в основном все одинаковы, уж поверьте.

- Марта, помолчи хоть минуту, - взмолилась наконец Аврора. - Я пока вовсе не желаю выходить замуж! Даже если герцог согласится подождать год-другой, что, если он мне не понравится? Нет, это лучший выход для меня, Калли и всех нас!