— Психология самоубийц загадочна, Ева. Тебе вовсе незачем так беспокоиться. Ведь это не убийство.

— Нет, не убийство. Винить и наказывать некого. Всего-то — погиб молодой парень. Смерть в самом начале пути… — Она вдруг обернулась к Рорку и крепко обняла его. — Рорк, ты изменил всю мою жизнь!

Он удивленно взглянул на нее. Взгляд у Евы был суровый и напряженный.

— Что это с тобой?

— Ты изменил мою жизнь, — повторила она. — И, кажется, к лучшему. Я хочу, чтобы ты это знал. И не забудь, пожалуйста, то, что я говорю тебе сейчас, когда мы вернемся в Нью-Йорк и на меня снова навалится куча работы. Ты для меня очень много значишь.

Он нежно коснулся губами ее лба.

— Ни за что не забуду. И тебе не дам забыть. Пошли спать. Ты с ног валишься.

— Точно. Валюсь.

Входя в спальню, Ева вдруг вспомнила, что до конца медового месяца осталось меньше двух суток. И решила, что чья-то бессмысленная смерть не должна омрачить последних часов их отпуска.

— Знаешь, а Картер считает меня красоткой, — сказала она, лукаво взглянув на Рорка. Рорк замер и обернулся к ней.

— Что-что?

— А ты — звезда, — добавила Ева, расстегивая блузку.

— Да ну? Неужели?

— И еще какая! От тебя здесь все тащатся, как сказала бы Мэвис. И одна из причин — то, что у тебя молодая красавица жена.

Скинув блузку, она уселась на кровать и стала снимать туфли, а он стоял, засунув руки в карманы, и с усмешкой за ней наблюдал. Ева усмехнулась в ответ.

— Итак, звездная личность, — сказала она, кокетливо наклонив голову, — что вы собираетесь делать со своей молодой красавицей женой?

Рорк плотоядно облизнулся и шагнул к ней.

— Пожалуй, я не стану этого объяснять, а просто покажу.