– Неожиданно. Понимаешь?

– Я сам этого не ожидал. Купил утром по зову сердца. Такое наитие не может быть напрасным. Ты не согласна?

– Не заставляй меня ни о чем говорить, – с комом в горле попросила Никки и скрыла покрывалом свою наготу от любимого.

– Ты права, Я не вправе требовать немедленного ответа, – опомнился от экзальтации Массимо. – Ты должна обсудить это со своей семьей. Я все понимаю.

. – Ты понимаешь далеко не все, – прошептала Никки, вперившись взглядом в одну точку. – И вряд ли поймешь.

– У нас еще будет время, любимая. У нас будет вся наша жизнь… Я вернусь, и тогда ты сможешь дать мне свой ответ. Жаль, что утром нам придется расстаться.

– Да… Придется… Жаль… – кивала Никки.

– Я буду скучать без тебя, любимая моя. Каждый день, каждый час, каждую секунду.

– Мне будет невыносимо без тебя. Ты мне веришь? – умоляющими глазами посмотрела на возлюбленного Никки.

– К чему такая тоска, любимая? Нам даже не обязательно прощаться…

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Никки.

– Ты просто поцелуешь меня на удачу, и я очень скоро вернусь…

Глава четвертая

Никки прибыла точно к началу церемонии в свадебном наряде, пышном как безе, в фате из тончайшего кружева, шлейфом волочащейся по церковному проходу. Убранство красавицы довершал прелестный букет в дрожащих руках.

Она больше не сомневалась в своем решении, в котором было лишь желание помочь младшему брату. Джозеф предлагал именно то, в чем она больше всего нуждалась. По мнению Никки, это был справедливый обмен.

Она потеряет независимость? Ну и что? Свобода скорее ассоциировалась у нее с обреченностью, нежели с благом. А те деньги, которые Никки рассчитывала получить в этом супружестве, означали, прежде всего, улучшение дотоле незавидного их с братом положения.