— Конечно. Но просто потому, что ты сам оттуда, тебе легко догадаться, каково мне было расти там.

  Джо задумался. Он не часто видел ее, и, возможно, Кэтрин именно это и хотела ему сказать. Кэти Мэй Кэмпбелл была ограждена не только стенами, но и своим социальным статусом. Никому из тех детей, что жили в поместье, не позволялось общаться с ней. Сам Джо никогда и не пытался. Несколько раз он натыкался на нее, но совершенно случайно. Он был лет на шесть старше ее, а для такого возраста это немало – он считал себя слишком взрослым, чтобы обращать внимание на маленькую девочку с черными блестящими волосами, и большими темно-синими глазами. Девочку, которую всегда одевали в кружева и бантики и которая, казалось, никогда и не помышляла о том, чтобы залезть на дерево.

  Должно быть, ей было очень одиноко, подумал Джо.

  — Твои родители желали тебе только добра, — сказал он, — стараясь оградить тебя от всего. После той угрозы похищения...

  — Я знаю, что им приходилось оберегать меня. Я понимаю, — с вызовом бросила она. А потом мягко добавила: — И я знаю, что ты добрый, иначе не помог бы мне перебраться через стену. Очень добрый, иначе не помогал бы мне и сейчас.

  Скорее сумасшедший, подумал Джо. Потом помолчал немного и предложил:

  — Нам нужно найти телефон, чтобы ты позвонила отцу. Он должен знать, что ты в безопасности. Ты даже записки ему не оставила — он будет волноваться.

  Кэтрин засмеялась.

  — И ты говоришь, что у меня нет логики. Джо, этот дом так напичкан аппаратурой, что отец сможет вычислить, где я, уже через пятнадцать секунд разговора. Еще двадцать лет назад система прослушивания была так хороша, что... — Она умолкла.

  Джо понимающе кивнул.

  — Что он сказал ФБР, где точно искать террористов, которые позвонили ему и угрожали похитить тебя, если он не заплатит им. Я помню. И именно поэтому ты не должна его так пугать.