Прошлые привычки отмирали с трудом, и, может быть, последней попыткой проявить свой нрав явился алый жакет в день похорон, надетый, правда, на темно-серое платье в обтяжку. Узорчатые чулки и короткие замшевые сапожки на шпильках дополняли туалет. Что касается гостя, то он был облачен в черную тройку и белоснежную рубашку, черный шелковый галстук ставил последнюю точку в этом классическом траурном одеянии. Сначала Сорче показалось, что сей почтенный господин смотрит на нее осуждающе и чуть ли не собирается отругать за недостаточно уважительное отношение к покойному. Блеск зеленоватых глаз красноречиво свидетельствовал о том, что девушке совсем не нравится, когда посторонний делает ей замечание; к тому же было обидно, что столкновение с гостем произошло по ее вине.

Сорча красиво, на манер стюардесс, улыбнулась:

— Если бы вы не шли за мной по пятам, мы бы не столкнулись. Однако пойдемте, я почищу ваш рукав, — неохотно предложила она.

— Благодарю вас, мадам, — ответил гость с шутливым поклоном и пошел за ней через холл.

В кухне он снял пиджак и передал его девушке, а сам, сложив руки на груди, небрежно прислонился к одному из кухонных комбайнов, облицованных плитками соснового дерева. Сорча взяла полотенце, чтобы просушить рукав, и украдкой бросила на гостя изучающий взгляд из-под длинных ресниц. Кто он такой? Судя по акценту, густым черным волосам, золотистому загару, он один из прибывших на похороны португальцев. Стало быть, член семьи отчима или друг. Оба варианта говорят не в его пользу.

— Вы племянник Альмейды? — спросила она, решив, что он один из тех, кто появился на свет с серебряной ложечкой во рту. Его хладнокровие, скорее всего, проистекает оттого, что он принадлежит к отпрыскам старших братьев ее отчима.

Но гость отрицательно покачал головой.

— Меня зовут Рун де Браганса. Я как раз собирался представиться, когда вы нанесли мне сокрушительный удар при столкновении. Я — управляющий «Клубом Марим».