Грейс с удивлением взглянула на него, широко открыв свои бирюзовые глаза и округлив полные губы в попытке подобрать ответ.

Алекс явно наслаждался произведенным эффектом и почти пропел, приподняв свои черные брови:

— Правда или нет?

Как же он отличается от ее предыдущего хозяина. Перед глазами у нее мелькнул низенький напыщенный мистер Браун с его чопорными манерами и страхом хоть чем-то нарушить требования приличия. Легче представить его летящим на луну, чем так беседующим со своей секретаршей. Но ты еще не секретарша Алекса Кон-квиста, одернула Грейс себя. Может, ты ему не подойдешь. Или он тебе? И она внутренне согласилась с Барбарой насчет того, что Алекс босс один на миллион. Только ее критерий совсем иной, нежели у Барбары.

Эта последняя мысль позволила ей сказать с подозрительной легкостью:

— Не сомневаюсь, мистер Конквист, что Барбара права, говоря, что таких, как вы, днем с огнем не сыщешь и что вы единственный в своем роде.

— Алекс, — поправил он ее. — Я в свое время был совершенно невыносим. А вы, Грейс, так же хорошо умеете работать, как вставлять шпильки?

Нет, этот человек, видать, привык оставлять за собой последнее слово.

— Лучше, — чуть ли не весело бросила она. Эта работа не в счет. Ей ее не видать как своих ушей.

— Ну, тогда мы поладим. — Он оторвался от стены, повернув голову к двери, из которой в этот момент выходила Барбара, и Грейс заметила шрам у него на правой стороне шеи. Длинный, зигзагообразный, он шел от уха через всю шею и скрывался под воротником рубашки. Явное свидетельство какого-то жуткого несчастного случая. Шрам был серебристый, но на загорелой шее он резко выделялся.

— Прошу прошения, что заставила вас ждать, — извинилась Барбара. Вид у нее был взволнованный. — Это Билл. Он ужасно себя чувствует, — добавила она дрогнувшим голосом.

Алекс взял ее под руку, когда они входили в лифт.

— Что стряслось? — спросил он с неожиданным участием. — Что с ним?