По злой иронии судьбы оказалось, что в новом доме из их ровесников девочками были только Ира с Ларисой. Остальные — мальчишки. Чуть постарше, чуть помладше, одногодки — мальчишек было много. С одной стороны — красота, море потенциальных женихов. С другой — выбора не было. Подсунула судьба Ларису — дружи с Ларисой. Не хочешь с Ларисой? Тогда сиди в песочнице одна, лепи куличи, и сама же ими любуйся.

Но одной было скучно. А с мальчишками не получалось. Тем бы камнями побросаться. Или песку в глаза насыпать. Игрушки забрать, поломать, и выбросить. Не складывалось у Ирочки с мальчишками.

Пока девочки были маленькими, мамы никуда из родного двора не выпускали: гулять можно было только под окнами и только вместе. Ссорились девчонки частенько, но только на короткое время: не к кому было пристать, не было других подружек. Как ссорились, так и мирились.

Позже пошли в одну школу, и опять же сработал извечный закон подлости: попали в один класс. Там бы, в школе, и поискать Иришке новых подруг. Но ревнивая Ларочка всегда была настороже: не дай Бог Ира на переменке шла с другой девочкой в столовую — устраивала такую истерику, что слышно было в соседнем классе. Доходило до смешного: Ира в одиночестве не могла сходить даже в туалет — следом обязательно плелась Лариска.

О ее нездоровой ревности очень скоро узнали все одноклассники и даже учителя. Устраивать скандалы с истерическим визгом, непременным царапаньем и даже вырыванием волос из головы соперницы Лариса не только умела, но и любила. Из-за этого ее пристрастия одноклассники старались обходить ее десятой дорогой. А заодно с ревнивицей и Ирочка оказалась в полной изоляции.

Так и случилось, что, прожив в Москве всю жизнь, Ирине не удалось обзавестись нормальными подругами. Приятельницы — да, были, но настоящей подруги, с которой можно было бы поделиться наболевшим, не оказалось. А рассказывать что-либо Ларисе было ох как чревато…