— В отлично кондиционируемом помещении?! — с негодованием переспросила она. — Да все собравшиеся там едва ли не лопались от самодовольства! Если генерировать выделяемое при этом тепло, то проблема энергообеспечения точно была бы решена. А уж когда вы посмотрели на меня, я вообще запылала как...

Фара спохватилась, но слова уже были произнесены. Как обычно, ее непосредственность опять вышла ей боком. Затаив дыхание, она ждала реакции собеседника. Если он только посмеет сделать какое-нибудь пошлое замечание, она...

— Да, теперь понятно, почему вы не были против душа. Спасибо.

Фара смешалась. За что он ее благодарит?

— И спасибо за откровенность, — сказал он. — Теперь и я могу искренне признаться, что, когда вы посмотрели в мою сторону, мне тоже показалось, что в зале стало как-то чересчур жарко.

Избегая его взгляда, она вдруг ощутила его руку на своем подбородке, словно он желал приподнять ее лицо и посмотреть в глаза. Неожиданно для нее самой его легкое прикосновение повергло Фару в трепет.

— Так давай повторим это, — вполголоса проговорил он.

Их глаза встретились помимо ее воли, и Фаре показалось, что она сейчас утонет в их бездонной глубине. Он медленно убрал с лица ткань, наполовину скрывавшую его.

— Посмотри на меня... — В его голосе слышалось то приглушенное волнение, которое испытывала и она сама.

Он был потрясающе красив. Она смотрела на него как на какое-то чудо, не в силах отвести взгляд. Странное томление и восторг рождались в ее груди.

Демон во плоти. Ошеломительно прекрасный демон.

Свободный покрой его одежды не позволял судить о его телосложении, но от него исходила такая сила, что Фара не сомневалась: изъянов просто не может быть.

Фара пожалела, что она не поэт и не писатель. Она могла повелевать цифрами, но искусство слова ей было неподвластно.