Сегодня на ней был подходящий для такой поездки наряд: строгий жакет из синей саржи, короткие синие панталоны и высокие ботинки на толстой подошве. Широкополая фетровая шляпа защищала лицо и глаза от палящих солнечных лучей. Ее мужской костюм был скорее данью необходимости, чем уступкой приличиям. В густых лесах и суровых горах длинные юбки амазонки станут досадной помехой.

Как и остальные, она ехала по-мужски, пожертвовав дамским седлом ради безопасности и удобства. Ее лошадь, серая арабская кобылка, была хотя и резвой, но восхитительно послушной.

Они проехали совсем немного, когда Алисон заметила на некотором расстоянии от дороги всадника, полускрытого ветвями тамаринда. Он был одет как араб, в черный бурнус и с тюрбаном на голове. Он неподвижно сидел на могучем черном жеребце, наблюдая за ними. Алисон невольно оглянулась несколько раз, проезжая мимо. Час спустя ее внимание снова привлек всадник. На этот раз он находился на вершине холма, четко выделяясь на фоне лазурного неба. И конь и человек были неподвижны и безмолвны, как сама пустыня.

При виде длинноствольного ружья, свисавшего с плеча незнакомца, в Алисон шевельнулась тревога. Но, конечно, это просто абсурдно — все арабы вооружены. Однако рука сама потянулась к двухзарядному пистолету в седельной сумке. И в следующее мгновение оказалось, что ее опасения были вполне обоснованны, поскольку всадник неожиданно снял с плеча ружье. Пальцы Алисон инстинктивно сжали перламутровую рукоятку оружия. Однако возможности применить его не представилось. Темный всадник, повернувшись, пустил коня в галоп и исчез за гребнем холма в вихре пыли и развевающихся черных одежд. Через секунду раздался выстрел.

Французские солдаты решительно потянулись к винтовкам, но араб проводник поспешил их успокоить:

— Он охотится на кабанов.

Французы понимающе закивали. Алисон тоже облегченно вздохнула, а престарелый дядюшка пробормотал проклятие в адрес глупых дикарей, которым больше нечего делать, кроме как пугать мирных граждан.