Его резкость была почти пугающей. Джасмин не могла противостоять его властной, гипнотизирующей силе, словно ей снова было лет восемнадцать. Хотя Тарик всего на пять лет был старше ее, его решительность и мощь заставляли окружающих безоговорочно ему подчиняться. А сейчас, по прошествии четырех лет, от нее не могло укрыться, что его сила, его харизма возросли невероятно. И все-таки Джасмин уже не та беззащитная девочка, и она еще научится выдерживать его напор. Обязана научиться, если рассчитывает на какое-то будущее, связанное с ним.

Она выдержала взгляд Тарика, затем взяла его руку, обвивающую ей шею, в свою и поцеловала в ладонь. Дыхание его сразу участилось.

— Я училась на модельера.

— Ты переменилась.

— К лучшему.

— Это мы еще увидим. — Его глаза сузились. — А этому тебя кто научил?

— Чему — этому?

— Этим вот играм с моей ладонью.

Можно было подумать, что нижняя челюсть Тарика вырезана из гранита.

— Ты. — Она сказала чистую правду. — Помнишь, как ты повез меня в пещеры Уэйтомо? Когда каноэ оказалось в гроте со светляками, ты взял меня за руку и поцеловал именно так.

Наверняка он все вспомнил. Хотя его лицо оставалось каменным, в глазах кипели какие-то чувства, но какие именно, она не могла определить за недостатком опыта.

— Другие были?

— То есть?

— К тебе прикасались другие мужчины?

— Нет. Только ты.

Тарик уткнулся в ее косу, обнял ее за шею, и она тут же ощутила свою ранимость и зависимость от него.

— Только не лги мне. Я все равно узнаю, — хриплым голосом предупредил он.

Итак, он грозит ей своей властью. Но она приняла непринужденную позу, обвила его шею руками и прошептала:

— Я тоже узнаю.

Тарик сразу насторожился.

— Что ты узнаешь?

— Были ли у тебя другие женщины.