После того, как прошла, как ей показалось, целая вечность, боль в груди пульсировала снова. Упав, девушка прижала руку, надавив на нее грудью.

– А, черт побери! Да это же женщина! – Незнакомец отдернул от нее руку и, не вставая, принял сидячее положение. – Какого черта вы тут вынюхиваете и шастаете в темноте? Да ведь я запросто мог прикончить вас.

– Вы и так, чуть было, это не сделали. Слезайте с меня, вы, громила, прежде чем не раздавили совсем.

Андреа оттолкнула незнакомца в сторону и, выбравшись из-под него, сжала ушибленную голову обеими руками.

– Считайте это обменом любезностями. Я тоже, может быть, никогда больше не смогу танцевать техасский тустеп, – проговорил мужчина, вставая на ноги.

Андреа намеренно избегала его взгляда.

– Где моя фуражка? И что вы сделали с моим пистолетом? – требовательно спросила она и лишь спустя секунду поняла абсурдность своего вопроса.

Она сама выставила себя в весьма глупом свете. Во-первых, пистолет был не заряжен. Во-вторых, эхом прокатившийся по комнате смешок, недвусмысленно говорил о том, что мужчина думает о ее приказаниях.

– С вашим пистолетом? – Он нагнулся и несколько бесцеремонно поднял и поставил девушку на ноги, причем его пальцы больно впились при этом в ее руки. – У вас есть разрешение на ношение с собой оружия? Подойдите туда, к свету, я так смогу вас лучше разглядеть.

– К свету? – Андреа сделала попытку высвободиться из его рук и поморщилась, когда резкое движение отдалось болью в ее бедной голове.

– Ну да, свет. Свет от огня в камине. – Подтолкнув девушку легонько в спину, незнакомец направил ее в гостиную. – Там есть огонь, который я как раз разжигал в камине, когда вы ворвались сюда.

От упавших через дымоход дождевых капель угли громко зашипели. Огонь на долю секунды погас, а потом ярко вспыхнул снова. Таинственный взломщик оказался современным молодым человеком, типичным автостопщиком двадцатого века с недоверчивым прищуром пронзительных черных глаз. У девушки перехватило дыхание. Звук, который она издала, наполняя вновь воздухом свои легкие, был на этот раз вызван не испугом, а чистым шоком. И гулкий звон у нее в ушах стоял не только от легкой контузии.