– Но миссис Феллер…
– Вот что ты сделала со мной, Кэтлин Хейнз! – понизив голос, злобно прошипела Лесли. – На всю оставшуюся жизнь я буду лишена покоя, но, думаю, что и тебе его никогда не видать! Содеянное будет отныне тяжким бременем висеть на твоих плечах, и ты от него никак не избавишься!
– Замолчи, Лесли! – вмешался Беннет. – Ты слишком возбуждена, дорогая! Пожалуйста, остынь наконец и успокойся!
Но миссис Феллер была неудержима. Видимо, сказалась еще и серьезная доза бренди, заключил про себя Брайс. В этот момент Кэтлин бессильно облокотилась на его руку, а потом медленно сползла на пол…
Разразившись проклятиями, Лесли Феллер вскочила и подошла к Беннету.
– Вот и замечательно! Лучше бы она умерла прямо здесь. Именно этого она и заслуживает!
– Мне жаль разочаровывать вас, – сказал Брайс, наклоняясь, чтобы пощупать пульс у молодой женщины. – Это обыкновенный обморок, и только. – И добавил: – Наверное, атмосфера тут слишком накалилась. Куда можно отнести ее, чтобы она пришла в себя?
– В библиотеку, – посоветовал Беннет, подведя рыдающую Лесли к одной из подруг. – Там она может прилечь.
– Хорошо, спасибо… Именно это я и сделаю.
К Брайсу подошел его отец.
– Осторожно, у тебя ведь до сих пор не зажила раненная нога.
– Ничего, справлюсь как-нибудь, – сквозь зубы пробормотал тот, в душе не желая, чтобы его родители видели эту сцену. Между семьями поддерживались теплые отношения, и он знал, что отец с матерью наверняка будут расстроены нападками со стороны Лесли.
– Тебе не следует строить из себя героя. Ведь мы можем попросить кого-нибудь помочь.
– Прибереги советы на другой раз! – резко ответил Брайс, хотя понимал, что отец этого не заслуживал. Нога все-таки чертовски болела и доставляла массу неприятностей.
Подхватив молодую женщину на руки и скорчившись от боли, стрельнувшей в бедро, Брайс начал пробираться сквозь толпу, беззвучно расступившуюся перед ним. Возможно, среди этих людей отыскались бы сочувствующие. Однако, кроме его родителей, никто не посмел даже вида подать. Лесли бросала по сторонам колючие взгляды, словно желая уличить кого-нибудь в проявлении жалости к Кэтлин.