— Могу я принять душ? — пробормотала Шэрон.

Если уж ей не суждено немедленно отправиться на поиски Бобби, следует заняться хоть чем-то. Чем-то простым, обыденным, иначе ее рассудок не выдержит.

— Ты уверена, что тебе это сейчас по силам? — Марк внимательно оглядел бледное, напряженное лицо жены, ее растрепанные рыжие волосы, устало опущенные плечи.

— Я должна что-то делать! — И, заметив тень сомнения в проницательных голубых глазах, Шэрон добавила: — Не беспокойся, я не собираюсь снова падать в обморок. Все будет в порядке. Я справлюсь.

В его взгляде сверкнуло нечто. Нечто, что она, Шэрон, уже видела. И, уже идя вверх по лестнице, она поняла, что это было восхищение. Такое же восхищение, как и в тот раз, когда Шэрон заявила Марку, что собирается сражаться с ним — сражаться, чтобы не дать ему отобрать у нее Бобби…

Подняв лицо к тугим струйкам воды, бьющим из душа, и чувствуя, как теплый поток стекает по ее телу, она представила, будто вода смывает все ее беды, и попыталась полностью погрузиться в успокаивающую своей обыденностью процедуру. Но это оказалось совсем непросто. Когда наконец Шэрон выключила воду, то почувствовала себя совершенно опустошенной и измученной.

Выйдя на ватных ногах из великолепной ванны зеленоватого мрамора, к своей досаде, она обнаружила на вешалке только одно маленькое полотенце.

Промокнув им волосы, Шэрон некоторое время стояла в нерешительности, размышляя, позвать ли ей Марка — чего ей очень не хотелось делать — или пройти в ванную комнату его спальни, расположенной в конце коридора.

Решив в пользу последнего, Шэрон, как могла, вытерлась влажным полотенцем и на цыпочках пошла по коридору.

В спальне, намеренно стараясь не смотреть на огромную кровать, Шэрон торопливо скользнула в арочный проход, ведущий в помещение, бывшее когда-то ее гардеробной, из которого можно было попасть в ванную.