– Может, лучше поставить? – мягко сказал он. – Ты ведь все равно не будешь пить. К тому же оно мешает – тебе не кажется?

Кенди начала что-то говорить, а Джастин в это время немного отклонился назад и поставил злополучный бокал на столик. В его странных глазах плясали чертики.

– А теперь…

Она подобралась. Но не произошло ничего похожего на ту грубую торопливость, которой она ожидала. Его губы встретились с ее – спокойно и осторожно. Она ощущала кончики его пальцев у себя на спине. Он ничего не требовал – только нежно, бесконечно учтиво наслаждался их близостью друг к другу. Казалось, все чувства Кенди ожили. Она вздохнула и ощутила, как ей становится спокойно рядом с ним.

Она совсем забыла, почему сердилась на него и сердилась ли вообще.

– Я так и знал, – тихо сказал Джастин, не убирая своих губ.

Она открыла глаза. Она и не помнила, как закрыла их.

– Что знал? – спросила она, не узнавая своего голоса.

Ответом был еще один поцелуй. Кенди соединила руки в объятии и погрузилась в свои ощущения.

Никто из знакомых не узнал бы скромную Кенди Нилсон в этой чувственной женщине, отвечающей на каждое прикосновение Джастина. Она и сама себя не узнавала и испытывала неясную тревогу, хотя было приятно выходить за грани хорошего воспитания и приобретенной осторожности. Так вот что это такое – отдаваться на волю своих порывов, в опьянении подумала она.

Наконец Джастин поднял голову. Поднял с явной неохотой, и Кенди ощутила что-то похожее на торжество.

– Искусительница, – хрипло произнес смеющийся голос.

Он взял локон, выбившийся из тщательно уложенной прически, и водворил его на место. У Кенди голова шла кругом. Этот жест показался ей невероятно нежным. Но вот он отстранил ее от себя.

– Куда ты хочешь пойти?

– Что? – Она недоуменно посмотрела на него. Он нежно коснулся ее губ кончиком пальца.