Тот бросил быстрый взгляд на Софи, пожал плечами и снова уставился в окошко, недовольно буркнув:

– Мне кажется, что она выглядит прекрасно.

– Это сейчас! А несколько секунд назад у нее было совершенно другое лицо.

Элоиза сжала тонкие губы, демонстративно выражая недовольство безучастностью сына.

– Как опекун Софии, ты просто обязан был заметить это и справиться о ее здоровье, – упрекнула она Эдгара.

– Ладно, – прошипел он и исподлобья бросил недовольный взгляд на Софи. – Ты себя хорошо чувствуешь, кузина?

Когда Софи было всего восемь лет, она лишилась родителей, которые погибли при крушении дорожного экипажа. Ее официальным опекуном стал дядя Джон. Таковым он оставался вплоть до собственной смерти, последовавшей пятью годами позже. Софи очень хорошо относилась к этому отзывчивому, мягкому и покладистому человеку. Но вот со своим двоюродным братцем Эдгаром она так и не сумела найти общего языка. Почему так получилось, Софи и сама толком не знала.

Ее раздражала манера Эдгара подсматривать и шпионить. Или этот его всегда хитрый, недобрый, оценивающий взгляд человека, имеющего какие-то собственные скрытые цели. Улыбка, появлявшаяся на лице, но никак не отражавшаяся в глазах. А возможно, все объяснялось просто: Эдгару шел уже тридцать третий год, и он вполне мог забыть, каким был в семнадцать лет. В общем, Софи чувствовала себя рядом с кузеном неуютно.

Так было и сейчас. И в ответ на его вопрос девушка невнятно пробормотала:

– Я вполне здорова. Спасибо за внимание.

Софи надеялась, что этот ответ полностью удовлетворит Эдгара и он переключится на что-то другое. Наверное, ангел-хранитель услышал и внял желанию девушки, ибо кузен больше ни о чем не спросил и снова повернулся к окну.

Элоиза же недовольно посмотрела на сына и тяжело вздохнула:

– Что ж, я очень рада это слышать. Видишь ли, Софи, тебе никак нельзя плохо себя чувствовать. Особенно завтра. Потому что память об этом дне ты, несомненно, будешь свято хранить всю жизнь.