— Лео! Ты приехала! А Адам ничего не сказал!

— Вы так кричали, что все равно бы меня не услышали! — улыбаясь, ответил Адам, когда рыдания младшей девочки стихли как по волшебству, едва она оказалась в объятиях матери.

— Лео! — воскликнула малышка. — А говорили, что ты не можешь приехать!

— У Адама такой день, я не могла его пропустить! Леони наклонилась над девочкой, вытирая платком ее зареванную мордашку. — Ну, Фенни, из-за чего такие потоки слез?

— Я ударилась коленкой, и течет столько крови!

Теперь на вечеринке я буду с такой ногой… — Ее худенькое личико осветила неожиданная улыбка. Нет, я смогу встать, Лео!

— Но только чуть позже, — сказала Френсис.

— И только если совсем перестанешь плакать, — добавил Том Дисарт. — Ну же, малышка, давай помоем коленку и посмотрим, что там с ней случилось.

Однако в этот момент пострадавшая заметила еще одного гостя и в восторге закричала:

— Джон, ты уже приехал? Вот здорово! Будешь танцевать со мной сегодня вечером?

— Конечно, — пообещал он, улыбаясь девочке.

Сузив глаза, Леони обвела свое семейство взглядом, который сулил им всем в будущем немало неприятностей, и, чтобы отвлечь Фенни от Джона, пробормотала:

— Дорогая, дай папа посмотрит твою коленку!

Когда колено было промыто, помазано йодом и заклеено пластырем, шестилетняя кокетка уселась за столом возле Джона, готовая отведать пирога и выпить стакан молока. Пока она оживленно расписывала во всех деталях свое праздничное платье, Леони бросала на Джона мрачные взгляды, но потом повернулась к Кейт:

— Так когда приезжает Джесс?

— Уже выехала, вот-вот прибудет. Сегодня мы все переночуем в комнате Фенни — я, ты, малышка и Джесс. Хочешь, я пойду распакую твои вещи? — предложила Кейт. — Мама, я еще нужна тебе здесь?

— Нет, — улыбнулась Френсис. — Почему бы тебе не принять ванну, дорогая?