Генриетта зловеще сузила глаза.

— Что?!

Джози послушно повторила сказанное и добавила:

— Не могли бы мы, пожалуйста, посидеть где-нибудь и подождать, пока платье не высохнет? Тогда няня ничего не узнает, а Аннабел терпеть не может, когда ее бьют.

— Значит, я не ослышалась, — процедила Генриетта. — Не бойся, я не позволю твоей няне бить Аннабел, но ее необходимо немедленно переодеть. Кроме того, я собираюсь побеседовать с твоей няней. И с отцом тоже.

Она протянула девочке свободную руку. Та без колебаний ухватилась за нее, и вместе они посеменили через улицу к гостиничному крыльцу.

Оттуда вышел дородный краснолицый мужчина и, низко поклонившись, воскликнул:

— Леди Генриетта! Какое огромное удовольствие видеть вас!

— Добрый день, сэр. Как поживаете вы и миссис Гиффорд?

— Прекрасно, леди Генриетта, и я обязательно передам жене, что вы о ней справлялись. Но что это такое? — удивился он, кивнув в сторону ребенка. — Это дитя, по-моему, слишком тяжелое для вас. И чье оно?

— Не беспокойтесь, мистер Гиффорд, я вполне могу ее нести.

Это была ложь — Генриетта чувствовала, что начинает подволакивать ноги. Если она немедленно не опустит Аннабел, через минуту станет крениться на бок, как корабль в бурю.

Она покрепче сжала руки.

— Я надеялась, что вы скажете мне, кому принадлежат эти дети. Они бродили по Хай-стрит, направляясь неизвестно куда. Джози, ты…

Но в этот момент Гиффорд заметил Джози и радостно улыбнулся:

— Одна из малышек мистера Дарби! У него здесь свой номер с отдельной гостиной. Позвольте спросить, юная леди, как вы сумели выбраться из гостиницы?

— Я хотела бы потолковать с мистером Дарби, — твердо объявила Генриетта. — Это ваша голубая гостиная, мистер Гиф-форд? Кроме того, мне необходимо перемолвиться словечком с няней детей.