Мелкха развернул вечернюю газету и снова взглянул на заголовки. Или она вообще устанет от этого глупого занятия и поступит так, как поступила сегодня утром Глория Амес, — найдет легкий выход.

Он понял, что миссис Уайли что-то ему говорит:

— Простите?

— Я только сказала, — женщина кивнула на заголовки, — что жалко, правда?

— Да, — согласился Мелкха. — Жалко.

— С ее-то деньгами! Вы уже читали статью?

— Нет.

Женщина поведала:

— Там пишется, что доктор Гэм, тот, что живет в этом самом доме, был ее психоаналитиком.

— А-а-а…

— Он был одним из самых первых, кого допросила полиция. — Миссис Уайли была уверена в собственной правоте. — И правильно, если вы хотите знать мое мнение. На мой взгляд, большинство этих айболитов гораздо больше нуждаются в лечении, чем их пациенты, у которых хватает глупости платить те высокие гонорары, которые с них запрашивают.

— Может быть…

Мелкха снова переключил внимание на девушку, плавающую в бассейне. Нет уж, спасибо. Этим путем он уже хаживал. Он, хотя и не имел никакого отношения к карьере Глории Амес, раскрутил немало звезд. Ну и кто он теперь? Консультант по сценариям за паршивые тысячу двести долларов в неделю. Да и держат его в основном из-за былых времен, да еще из-за того, что он знал, где и с кем было проведено так много впустую потраченных уик-эндов.

Актер или актриса могут сыграть в ряде провальных картин и все равно остаться на высоте. Но продюсер-режиссер хорош лишь настолько, насколько хороша его последняя картина, чему служат показателем кассовые сборы. А он сделал четыре провальные картины подряд. Зато остался честен перед самим собой. Он приписывал зрителям больше умственных способностей, чем у них было на самом деле, потому что настаивал, что садизм и извращения не являются семейным развлечением и что даже в картине для взрослых наиболее интимные любовные сцены с героем и героиней должны происходить за закрытой дверью, а не демонстрироваться во весь экран в цветном изображении.