Наблюдая, как Колетт вылезает из бассейна и вытирается, Мелкха продолжил ход своих мыслей. Впрочем, нынешняя лавина книг и журналов ничем не лучше. Да и реклама, если уж на то пошло. Все они имеют одну направленность: мадам, вы хороши в постели? Если нет, то почему?

Неудивительно, что Джек Гэм может позволить себе жить в пентхаусе.

И это жизнь? И это людской образ жизни? Что случилось, с огромной массой нормальных представителей среднего класса, супругов, которые любят свой дом и друг друга, для которых неверность и половая распущенность, извращения и садизм были вещами немыслимыми?

Мелкха снова отпил из своего стакана. Есть одна философская школа, которая во всем винит бомбу. Ешь, пей, совокупляйся, веселись, потому что завтра мы вполне можем стать обугленным мясом, невидимым газом с недавним прошлым в семь тысячелетий.

Если дело обстоит так, то чем скорее сбросят бомбу, тем лучше для всех. Хотя, размышлял Мелкха, наблюдая, как в небе сгущаются сумерки, вряд ли уничтожение данного мира принесет какую-то долговременную пользу. Уж он-то знает эту породу, по меньшей мере, глава студии, режиссер, съемочная группа и писатель, эти любители подхалтурить, наверняка успеют наскоро состряпать сценарий и заснять последних мужчину и женщину, исполняющих мистический обряд, в результате которого по прошествии нескольких тысяч лет инцеста мир будет заселен новым поколением сучек и ублюдков.

Он бессознательно процитировал вслух:

— "И все превозносили герцога, который выиграл эту великую битву. «Но что в конечном счете из этого вышло? — промолвил маленький Питеркин. — О, этого я не могу сказать, — сказал он, — но то была славная победа».

Он понял, что миссис Уайли снова обращается к нему:

— Простите?