Холод, высокие снежные сугробы, серое небо, жалящий ветер… Деревья, хоть и притрушенные ласковыми белыми снежинками, все равно не могли скрыть свой угрюмый, грубый, злобный лик. Они прижимались друг к дружке, прижимались, пытаясь согреться, но зима неумолимая… Жестокая барышня… И вечный ее спутник, мороз, умело справляются со своими каверзами и интригами…

— Вот, думаю, здесь нормально. — Неожиданно изрек "главный", перебивая рассуждения "малого", и тут же остановился. — Ну, что, Серая, сейчас твой выход.

Тяжело сглотнула.

— Марк, а может, сначала мы с ней того… — ехидно улыбнулся "малой" и коварно заморгал бровями.

Ублюдки расхохотались.

Я поежилась.

Отвращение. Страх. Тошнота…

Тяжело сглотнула.

Попробуй только, сразу оторву…

Убью…

Или умру…. но не дамся…

— А ты не боишься, что это твое "того" отмерзнет? — издевательски прошептал "главный" и по-братски похлопал малого ублюдка по спине.

Едкий смешок.

— Или, что еще хуже, — неожиданно отозвался "третий". — Она может тебя заразить чем-нибудь. По ней видно, что ее не один тягал.

Чмо. Я сжалась от злости и отвращения.

Я еще ни с одним не была…

Эй, дура, дура! Заткнись! Это твой шанс увильнуть от самого страшного…

— Ага, какой-нибудь сифяк подсунет, — радостно подхватил "главный".

— Фу, — нервно сплюнул в мою сторону "малой" и скривился от отвращения. — Шлюха.

Мразь!

Я молчала.

Лишь мысленно могла грубить и отстаивать свои права.

Снаружи — терпение, выжидание, покорность…

— Ладно, мы полезли в кювет, а ты, Серая, лови тачку. Не знаю и не хочу знать, коим образом будешь приманивать, но наша цель — одинокая дорогая тачка, одинокий худой, хиленький водитель. Учти: подведешь — мы знаем, где тебя найти. И если тогда тебя пожалели, то теперь тебе уж точно не жить. Прирежу, и рука не дрогнет.