— Часов в двенадцать. Когда выезжала из переулка, “мерса” уже не было. А наутро, узнав, что Костя убит, решила, что это ты его расшлепала. Все сложилось одно к одному: твой “мерс” там стоял, ключи от офиса у тебя есть, Костя остался допоздна, значит, ждал тебя на свиданку и приготовил для тебя джин и твой любимый французский шоколад, код пульта охраны ты знаешь и, будучи бабой аккуратной, все сделала как положено — сдала офис на охрану и заперла все замки, — а вдруг грабители залезут и причинят тебе материальный ущерб?!

Лара, как всегда, не обращала внимания на подковырки подруги.

— Алка, почему же ты следователю не сказала, что у тебя алиби?

— Плохо ты меня знаешь, старушка! Чтобы я подставила единственную и горячо любимую подружку?! — с нарочитым пафосом произнесла Робингудша.

— А что ты говорила на допросах?

— Путала следователя, темнила и намекала, что к Косте была сильно неравнодушна.

— Он меня тоже пытал на эту тему. Придумал мотив — две подруги бальзаковского возраста не поделили двадцатитрехлетнего парня.

— Да не следак это придумал, дорогая! — рассмеялась Криминальная леди. — Я самолично ему эту идейку подкинула, а он купился за рупь двадцать.

— Ты что, Алка, серьезно? — ахнула Лариса.

— Серьезней не бывает, — подтвердила авантюрная подруга.

— Зачем?

— Хотела принять удар на себя, чтобы этот чертов следак от тебя отстал. У тебя в то время и без того хватало душевных волнений — то похитили, то любовника убили...

— Спасибо, подруга, — с чувством произнесла Лара.

— Кушай на здоровье, — привычно ответила Алла.

— И все же странно — у тебя не было алиби, но следователь тебя всего два раза допрашивал, а меня вызывал на допросы почти каждый день.

— Я тоже удивлялась — почему такое неравноправие?! Чем я ему не приглянулась в качестве подозреваемой в убийстве?!

— А тебе так хотелось оказаться в этой роли?