— А почему Мирон меня подозревал?

— Поначалу он думал и на тебя, и на меня, причем больше склонялся к мнению, что это я Костю шлепнула. Тебя он считает дамой самых честных правил, а я, в его понимании, — баба импульсивная, безбашенная. К примеру, разобиделась, что Костя не оценил мои женские прелести, да и пристрелила его сгоряча. Но потом мы со Славкой сели и душевно потолковали. Я пала на колени и призналась в измене, клятвенно заверив, что это в первый и последний раз. Ты ж меня знаешь – мне и соврать, и поклясться - что пописать. А вот Славик этого, к счастью, не знает. Он меня великодушно простил и даже пообещал Алика в живых оставить. Так что в наших раскладах фигурировала только ты.

— Надо же… А психиатр сразу же меня отвела. Она подробно проанализировала, кто мог убить Костю и почему. Лидия Петровна женщина объективная, у нее аналитический склад ума и задатки классного детектива. Она строит логические версии, исходя из психологического портрета возможного кандидата в убийцы.

— И какие ж выводы сделала мадам Шерлок Холмс?

— Не было фактов, одни лишь предположения. Поэтому подозреваемых много.

— А я в ее раскладах в качестве зловещей убийцы не фигурировала?

— Еще как фигурировала!

- А еще кто?

- Лидия Петровна говорила, что Костю могли убить и его дружки, и кто-либо из прежней фирмы, и мой муж. Я тогда прикидывала и так, и эдак...

— И периодически мелькала мыслишка, что подруга встряла между тобой и любимым?

— Было дело... — призналась Лара.

— Плохо ты меня знаешь, дорогая. У меня свой кодекс чести — любовник подруги не представляет для меня сексуального интереса.

— Прости, Алка...

— Да брось, ни к чему нам такие реверансы! По жизни — кто наиболее вероятная соперница, которая непременно положит глаз на твоего мужа или любовника? Как правило, лучшая подруга. Так что теоретически твои подозрения насчет моей персоны вполне обоснованны. Но лишь теоретически, исходя из общеизвестного житейского опыта. А я, как известно, штучный экземпляр, в общепринятые рамки не вписываюсь.