В кухню вошел Виктор, явно с большого бодуна. Физиономия помята, веки набрякли, глаза — как у бешеной селедки. Он поздоровался с Ларой, открыл холодильник, достал бутылку минеральной, налил в большую кружку и жадно выпил. Потом опять открыл холодильник и стоял над ним, выискивая взглядом что-нибудь, что облегчило бы его похмельное состояние.

Некоторое время Алла хмуро взирала на мужа, но долго не выдержала.

— Уноси отсюда свою жопу, пока цел! Рассола для сраных алкашей не держим! — заорала она. — Если через секунду не уберешься, я тебе рога обломаю!

Виктор поспешно ретировался.

— Совсем оборзел, — все еще сердитым тоном пробурчала Санитарка общества, не сумевшая навести нравственную чистоту в собственном доме. — Сутками не просыхает. Прежде хоть надежда была, что он сотворит нечто гениальное, и однажды я проснусь женой знаменитости. Но если и был у Витьки талант, то он его пропил. Все! Кончилось мое терпение! Выгоню к едрене фене! Ладно, со своими делами я сама разберусь, - завершила Алла, уже поостыв. - А чего ты такая смурная? Скучаешь по своему милому?

— Не то слово… Я ведь его потеряла.

— Да ну? Вы уже конкретно горшки побили или это пока твои личные терзания?

— Зачем Казанове коммунально-бытовые драмы?.. Он меня на руках носил, принцессой называл, а тут...

— И что изменилось? Носил и дальше будет на руках носить.

— Слишком уж примитивно то, что произошло... Эпизод из криминальной хроники... Игорь человек совсем другого склада. Он не сможет относиться ко мне так же, как прежде.

— Да не твоя это печаль, дорогая! Если Казанова тебя по-прежнему хочет, то ему побоку все эти драмы, лишь бы ты по-прежнему отдавалась ему со всей страстью. Кончай киснуть. Позвони ему и оттянись по полной программе. Сразу полегчает — проверено.