- Ну, вас тоже Бог внешностью не обидел, - не осталась Света в долгу перед Еленой Ивановной, любуясь умным, интеллигентным лицом немного располневшей женщины, именно последнее - полнота - выдавало ее истинный возраст, а глаза были молодые, красивые и выразительные.

- Спасибо, обменялись комплиментами, - Елена Ивановна улыбнулась. - Но поспешите, обед пропускать не стоит, кормят вкусно, а я пойду, прогуляюсь пока.

Елена Ивановна вышла. Света тоже взяла в руки расческу. "Ну что тут сделаешь расческой? - подумала с досадой. - А... Никакой косметики! Разве только губы подкрасить. Все должно соответствовать! Нечего краситься, когда волосы как солома висят".

Света оделась просто: черные брюки и белая, свободного покроя блузочка - как раз то, что не бросится в глаза и не привлечет внимания к ее измученному дорогой лицу, нетронутому никаким макияжем. А вообще-то Света любила ходить в брюках. Спортивный стиль придавал Светлане некую элегантность, и все ее движения, уверенные и непринужденные, были рассчитаны на эту не стесняющую и не обязывающую ни к каким дополнительным украшениям одежду. Она так к ней привыкла, что когда, в общем-то, достаточно редко, надевала платье или юбку, то начинала, как она говорила, подгонять себя под образ: сдерживала свой несколько размашистый шаг, выискивала мягкие жесты и интонации, отчего чувствовала себя какой-то неестественной и смешной, к тому же ей казалось, что это заметно и со стороны, поэтому она надевала платья, не делавшие ее ни более женственной, ни более обаятельной, только тогда, когда этого требовал этикет, например, в театр или на какой-либо юбилейный прием, где надо было танцевать. Добро и мода пока благоволила к брючным костюмам. Света имела несколько брючных костюмов разных расцветок, но ее любимыми брюками были белые, а к ним она имела пропасть блузочек и кофточек разнообразных фасонов, которые Света любила менять чуть ли не каждый день, хорошо, что сама шила: метр ткани новая блузка и обновленный облик деловой женщины.