– Так и спрашивай! Чего тянешь кота за хвост?

– Как это – спрашивай? А куда тогда тактичность девать? А ненавязчивость? Ну ты, подруга, даешь…

– Что ж, тогда останови машину, выйди и реверанс передо мной сделай! Преклони колено, шляпой помаши!

– Так я бы вышел, только у меня шляпы нету… – снова хохотнул Кирилл, коротко взглянув на нее насмешливым карим глазом.

– Кирилл… Хватит уже! Спрашивай давай, чего ты! Я же волнуюсь! Вот что у тебя за манера такая – сначала озадачишь, а потом в кусты…

– Что это вы такое имеете в виду, девушка, говоря про кусты? Когда это я от вас в кусты скрывался, проделывая сеанс озадачивания? По-моему, у вас ко мне претензий на этот счет не было… Гусар галантен, но гусар обидчив, запомните это, девушка!

– Ладно. Запомню. Чего это на тебя с утра такое буйство юмора напало?

– Как это – чего? Просто показаться хочу с самой лучшей своей стороны… Чтоб осмыслила, какой я у тебя есть! А то сейчас папик с мамиком закудахчут над тобой с разных боков – ах, наша Кирочка приехала! – и тебе уж не до меня будет…

– Ладно. Будем считать, что я осмыслила. Ты же знаешь, я девушка покладистая. И все твои шутки юмора оценила. Говори уж, не томи, о чем там Марина велела меня спросить…

– Ну, раз оценила, тогда ладно. Тогда я без тактичности и ненавязчивости обойдусь. В общем, она тебе там кучу шмоток всяких собрала, целый огромный чемоданище…

– Каких шмоток?

– Да своих, каких! Нет, ты не думай, они все новые… Ну, может, по одному разу надеты только… Знаешь же мою мать, у нее же ку-ку насчет шмоток! Скупает их тоннами, а потом не успевает надеть… Отец смеется над ней, говорит, это последствия голодного детства…

– А у нее что, и впрямь голодное детство было?

– Ага! У дочери крупного чиновника из Внешторга детство, конечно, исключительно голодное было. И холодное. А как же. Иначе и быть просто не могло… Так что, договорились?