Подержав немного горсть земли в плотно сжатом кулаке, он ослабил пальцы, и крошево посыпалось вниз. Отряхивая с рук пыль, он услышал шум мотора на дороге и тут же прикинул, кто же это забыл закрыть главные ворота. Во владения Ратледжей не так-то просто попасть. Посещение гостями винодельни обговаривалось заранее – график работ редко позволял проводить такие экскурсии.

Шум приближался, теперь по особому урчанию мотора было очевидно: кто-то ехал на автомобиле. Светло-зеленый «Бьюик» показался из-за поворота, подняв облако пыли. Рев мотора разорвал тишину виноградника.

Сэм узнал этот автомобиль десятилетней давности еще до того, как увидел красивую эмблему на дверце и надпись: «Виноградник «Ребекка». В округе была только одна такая машина, и она принадлежала Лену Дауэрти, также как и десять акров земли, которые Дауэрти величал «Виноградником «Ребекка». Когда Сэм последний раз навещал Дауэрти, заросли на его участке напоминали скорее джунгли, чем виноградник. Сэма это не удивляло. Лен Дауэрти только изображал из себя винодела, его подлинным призванием была пьяная гульба, частенько заканчивающаяся потасовкой.

Сэма не интересовал этот человек, и он не испытывал жалости к нему из-за его теперешних финансовых проблем. Все это можно было прочесть на его лице, когда «Бьюик», отчаянно заскрипев тормозами, резко остановился. Пыль, полностью поглотив на мгновение автомобиль, постепенно осела на землю.

– Где она? – Лен Дауэрти высунул голову из окна, его изборожденное глубокими морщинами лицо исказилось от ярости. – Черт побери, я спрашиваю, где она?

– Как я понимаю, речь идет о Кэтрин. – Привычно назвав бабушку по имени, Сэм шагнул к своей машине. Ему не надо было ломать голову, зачем Кэтрин понадобилась Дауэрти. Ясно, что тому уже вручили уведомление о лишении права на выкуп заложенного имущества.