Он подошел к ней поближе и заглянул в недружелюбно смотрящие на него глаза.

– За два последних месяца ты, очевидно, изменилась. Я помню нежное юное создание, которому и в голову не могла прийти мысль о войне.

– Если я изменилась, утратив детскую нежность, то виной тому ваши сподвижники.

– Мне печально это слышать. Женщина и война несовместимы.

– Но только из-за мужчин нам тоже приходится сражаться.

– Да, ты права. Впрочем, я приехал сюда не для споров. – Он нахмурился и внимательно посмотрел на нее. – Я слышал, как капитан Дагдейл расспрашивал тебя о Джеймсе. Он здесь, в доме? Если так, то ты должна мне сказать. Ты из-за него не отправилась с мачехой в Ньюингтон?

Джейн с трудом проглотила слюну, и Эдвард заметил, что она вот-вот заплачет. Нижняя губа у нее задрожала, и она с трудом произнесла:

– Да. Джеймс прискакал сюда из Нейзби. К несчастью, он заразился оспой и умер перед началом осады.

Слова Джейн произвели на Эдварда ужасное впечатление – они с Джеймсом с детства были закадычными друзьями. Эта дружба продолжалась и во время учебы в Оксфорде, и даже то, что их военные пути разошлись, не порушило ее.

– Джеймс умер?

Она кивнула. В горле у нее застрял ком. Скорбь захлестнула девушку при мысли о том, что холодное, безжизненное тело брата лежит в подвале замка.

Эдвард отвернулся, пытаясь взять себя в руки. Когда он снова взглянул на Джейн, то ей показалось, что на его взволнованном лице промелькнула боль. А она-то думала, что на полях сражений он растерял способность сострадать.

– Что я могу сказать? Я любил его не меньше, чем ты, и всегда буду горевать о нем. Где он похоронен?

– Гроб с телом спрятан в подвале. Я ждала возможности отнести его в церковь для погребения.

Эдвард был тронут горестным видом девушки, и в порыве жалости и нежности он с трудом удержался, чтобы не обнять ее и не прижать к себе – ведь у нее нет родных, которые могли бы утешить. Вспомнив, по какой причине он прискакал сегодня в Боуден, Эдвард тяжело вздохнул. Увы, дело не терпит отлагательств.