– Неужели?

– Ну да. Ваше здоровье, Л'Эстисак!

И человек в тельняшке со спокойствием изваяния опрокинул свой стакан.

– Л'Эстисак! – еще раз окликнула маркиза Доре. – Подойдите сюда на минутку. Я познакомлю вас с моей подругой.

– Иду, – отозвался герцог. – Я сейчас вернусь к вам, Лоеак. Пройдите пока в мою ложу, номер три, – поболтаем!

Он подошел и прежде всего потребовал, чтобы дамы выпили еще коктейля в честь Селии.

– Скажите, – вполголоса спросила маркиза, – этот смешно одетый человек – действительно ваш друг?

Герцог стоял за табуретом, одной рукой обнимая Селию, а другой маркизу. Он улыбнулся.

– Да, это мой друг, деточка.

– Но ведь он грузчик! Это правда?

– Правда. Ведь он сам сказал мне это. Значит, это должно быть правдой.

– Но как его зовут?

– Его зовут граф де Лоеак. Маркиз де Виллен. Как видите, ваш товарищ по титулу.

– Не смейтесь надо мной! Перестаньте! Это невозможно. Он граф, маркиз или грузчик?

– Грузчик, граф и маркиз. К тому же достаточно богат, по крайней мере состоятелен, – по миллиону в каждом кармане.

– Может быть, он просто сумасшедший?

– Нет – он скучает. В прошлом году я встретил его в цирке – он был клоуном. Но ему не стало веселее от этого. Теперь он грузчик. Сомневаюсь, чтобы это развеселило его. О, дети, дети – та из вас, которая рассеет скуку этого человека, не потеряет времени зря – выгодное и доброе дело.

Он с внезапной грустью посмотрел на обеих женщин.

– Попробуйте, если он вам нравится!

Но Жанник уже звала его из другого конца зала:

– Л'Эстисак! Я иду в ложу! Звонок – антракт кончен.

Он пошел за ней.

Публика теперь уходила из бара гораздо медленнее, чем наполняла его в начале антракта. Никто не торопился занять свою ложу или кресло, чтобы увидеть вечных дуэтистов или еще раз услышать всем известную певицу-«шансонетку». Продолжали болтать, прощаться, назначать свидания друг другу.