— Зря ты думаешь, будто хорошо меня знаешь, Эндовер, — без тени напряжения в голосе сказала Тара.

Клинт посмотрел на нее своим фирменным гипнотическим взглядом.

— У меня отличная память, Тара. И я совершенно отчетливо помню, что знаю тебя хорошо.

Она замерла, на секунду забыв, как дышать. Но в его словах не было и намека на секс. Клинт лишь констатировал факт, без каких-либо излишних эмоций по этому поводу.

Тара сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешеный пульс. Ей казалось, что она умеет контролировать себя не хуже Клинта. Она всегда могла на себя положиться — это было ее основное жизненное правило. Но не тут-то было. Когда Клинт находился рядом, Тара ничего не могла с собой поделать. Рядом с ним она становилась просто женщиной, из крови и плоти.

Женщиной, которая все помнила.

Помнила, как юный Клинт Эндовер обнимал ее в тени деревьев в парке, запах лосьона после бритья, который Клинт позаимствовал у отца, помнила поцелуи…

— Это было сто лет назад, — с вымученной улыбкой сказала Тара.

Он на шаг приблизился к ней.

— Я же сказал, у меня отличная память. А ты мне тогда доставила много проблем.

Она сделала шаг в сторону от информационной стойки и сказала шепотом:

— Детский поцелуй вряд ли можно считать проблемой.

— Можно, — категорично заявил Клинт.

У Тары моментально пересохло в горле. Не потому, что в его ответе прозвучало желание еще раз пережить подобное, а потому, что, видит бог, она сама об этом мечтала.

Беседа принимала опасное направление. Тара поспешила вернуть ее в нейтральное русло.

— Что ж, смею предположить, мы неплохо справлялись, стараясь не попадаться друг другу на глаза, — устало сказала она. — Так в чем дело сейчас?

— Вчера ты упомянула, что хочешь забрать Джейн из больницы.

Тара согласно кивнула головой: