— Мне жаль, но я никуда не поеду, — твердо сказала Аннетт. — Я не хочу быть для тети Эльзы обузой, ведь она совсем не знает меня, а я ее!

— Вы не будете для Эльзы обузой, — заверил ее Саймон. — Я этого не допущу.

Аннетт открыла рот, желая возразить, но он жестом приказал ей молчать, как будто с давних пор привык повелевать людьми, не встречая никакого сопротивления.

— Помолчите-ка минутку и послушайте меня внимательно. Может быть, после моих слов ваше мнение изменится. — Видимо, он решил сменить тактику и поговорить с ней спокойно и терпеливо, как разговаривают с непослушными детьми. — Ваша тетя Эльза приходится мне мачехой, но я люблю ее, как родную мать. У нее всегда было хрупкое здоровье, а теперь… — Аннетт поняла, что ему трудно говорить на эту тему. — В общем, несколько лет назад произошел несчастный случай, и оно совсем пошатнулось. Когда доктор рассказал ей о вашем существовании, Эльза просто воспряла духом. Своих детей у нее нет, поэтому она решила, что новообретенная племянница — это прекрасно. — Заметив, что ему удалось заронить в нее сомнение, Саймон осторожно добавил: — Вы нужны Эльзе, а значит обязательно поедете со мной, Аннетт.

Девушка отвернулась, не в силах вынести пристальный взгляд его черных глаз. Она всегда была очень восприимчива к чужому мнению, равно как и к чужим проблемам, и сейчас проклинала себя за это качество. Если она не будет осторожна, то еще немного — и Саймону Бэтфорду удастся убедить ее в своей правоте!

Аннетт перевела дыхание, перед тем как выдвинуть свой последний довод:

— Мистер Бэтфорд, вам, наверное, известно, что все эти годы мой отец и его сестра даже не переписывались друг с другом. Я не знаю причины, но двадцать лет назад они прекратили всякие отношения. Бог мой! — Она в отчаянии всплеснула руками. — Я почти забыла, что у меня есть тетя! Разве она захочет, чтобы дочь человека, с которым она столько лет не общалась, жила в ее доме?