Элис подробно поведала малышу о случившемся. Тот был благодарным слушателем, никогда не перебивал и не возражал, поэтому она ежедневно изливала ему душу, тем самым, облегчая периодические приступы одиночества.

Элис пересадила ребенка в кроватку и спустилась за пакетами. Их было много, так как она старалась, как можно реже посещать супермаркет из-за боязни лишний раз столкнуться с Бартоном, который наверняка отоваривался там же. Схватив покупки в охапку, девушка поспешила наверх. Остановившись, чтобы поудобнее перехватить ношу, она вдруг услышала за спиной чьи-то быстрые шаги. Она резко обернулась, и тут же из разорвавшихся пакетов прямо на грудь Фрэнку Бартону посыпались продукты, а две банки шлепнулись к его ногам и с грохотом покатились вниз по ступенькам. Элис услышала, как сосед негромко чертыхнулся, и с ужасом прижала остатки пакетов к груди.

Фрэнк протянул руку, предлагая помощь.

— Нет! — Вспомнив, что в одном из пакетов находится коробка детского питания, Элис так резко отшатнулась, что лежащая сверху упаковка яиц полетела прямо на рубашку соседа. — О Боже, что я наделала!

Оба молча наблюдали, как яичные желтки медленно растекались по шелковому галстуку и дорогой кремовой рубашке.

— Странно, но я почему-то совсем не удивлен, бесстрастно констатировал Фрэнк.

— Мне очень жаль, — растерянно пролепетала Элис, подняв на него глаза. — Дело в том, что в местном супермаркете в целях защиты окружающей среды вместо пластиковых пакетов предлагают бумажные, изготовленные из вторсырья. А они моментально размокают от дождя.

— О, конечно, глобальные проблемы у нас на первом плане! — съязвил профессор. — И никому нет дела до отдельно взятого человека. Кстати, на вашей совести уже четвертая испорченная рубашка.