— Большинство женщин любят принарядиться ради праздника, а ты совсем не носишь украшений, — внезапно произнес он, и Холли, вздрогнув, вернулась к действительности.

— Я… у меня аллергия на золото, — поспешно сказала она, с тоской думая, что вранье уже становится ее второй натурой.

Брови ее собеседника недоверчиво приподнялись.

— И на бриллианты тоже? — с насмешкой спросил он. — Я смотрю, ты даже часов не носишь.

— Они сломались, а я все никак не соберусь их починить, — снова солгала Холли. На самом деле все ее украшения, включая обручальное кольцо и часы, были проданы, чтобы собрать необходимую для погашения долгов Гленна сумму. И сейчас она не могла позволить себе купить даже самые дешевенькие часы.

Внезапно дверь библиотеки распахнулась, и Холли виновато отпрянула от Питера.

— Зачем это вы тут уединились? — В дверь просунулась голова Грейс Редвуд. Пожилая дама с любопытством обозревала их.

— Проверяете, на месте ли столовое серебро, Грейс? — как ни в чем не бывало, откликнулся Питер.

— Вы же знаете, как Хэролд носится со своими бесценными первыми изданиями, — засмеялась Грейс. — Я ему говорила, чтобы запер дверь, но как же, это ведь неудобно! Вдруг кто-нибудь решит, что он не доверяет соседям! — Пожилая леди, стуча костылями, медленно вошла в библиотеку. Впрочем, она все равно была великолепна: в дымчато-голубом шифоновом платье и жемчугах — настоящая светская дама.

— Вы обсуждаете свадьбу? — продолжала Грейс. — Надеюсь, Питер, вы не собираетесь вмешиваться? Мне с головой хватает Хэродда, который повсюду сует свой нос.

— И в мыслях нет, — засмеялся жених. — Я буду просто счастлив передать это дело в ваши умелые деликатные руки. Вы бы присели, Грейс, не то перетрудите ногу.

— Нет уж, спасибо, я достаточно насиделась за вечер. Немного походить мне вовсе не вредно, что бы там ни говорил Хэролд.

— Он велел нам с Холли познакомиться поближе, — мило улыбнулся мистер Стэнфорд. — Но выяснилось, что мы уже знакомы.