— Он должен был воспитывать меня с самого младенчества, вспомни, — с негодованием сказала Кэти. В ее глазах все, что делал отец, было правильным. Мать Кэти умерла, когда ей было всего три месяца от роду. С тех пор отец почти полностью посвятил себя изысканиям. По мере того как дочь взрослела, она постепенно стала разделять его интересы. В любую погоду их можно было увидеть вместе на болотах или высоко в горах вооруженными полевыми блокнотами, картами, биноклями и молотками. Никто толком не понимал, чем они заняты, и Кэти знала, что миссис Фостер всегда считала, будто они бесполезно тратят время, учитывая, что единственной выгодой, которую извлекал Поль из этих занятий, были несколько фунтов, которые время от времени он получал за публикации своих статей в каких-то непонятных журналах.

— Мы должны что-то решить на твой счет, Кэти, дорогая. — Голос миссис Фостер вывел Кэти из задумчивости. Она смотрела, как пожилая женщина наливает ей чай, а затем наполняет чашку и для себя. — Ты больше не можешь оставаться здесь, ты ведь сама это понимаешь.

— Все уже решено, — равнодушно ответила Кэти. — Сегодня утром я получила письмо из Водного комитета; они дают мне неделю. Коттедж будет разрушен первого апреля. — Ее губы задрожали, а глаза, темные и глубокие, сверкнули. — Это его рук дело, без всяких сомнений. Не было нужды уезжать так скоро, ведь местность будет затоплена только через двенадцать месяцев.

Миссис Фостер глубоко вздохнула и принялась объяснять, что, пока кто-то живет в долине, загрязнение неизбежно.

— Он всего лишь выполняет свою работу, — продолжала она, явно пытаясь урезонить Кэти, — и твой отец должен был это понять, не важно, что ты там говоришь. Лично я думаю, что он и так проявил необыкновенное терпение. Прости меня, но Поль был ужасно упрямым.

— Хотя и очень добрым человеком, — тихо добавила Кэти. — Он был рожден созидать, а не разрушать, он никогда не стал бы портить природу для того, чтобы наполнить свой карман.