Мод до сих пор не знала, что заставило родителей выбрать для усыновления именно этого мальчишку. Но заговорить об этом сейчас она не могла, ибо боялась нарушить негласную договоренность. Родители все еще тосковали о Кайле — отец, едва придя в себя в больнице, первым делом спросил о нем, — но, любя свою дочь и боясь задеть ее чувства, они делали вид, что Кайла не существует. Мучительно было сознавать, что она, именно она своей глупой ревностью и детскими страхами причинила так много боли отцу и матери… но теперь уже поздно. Прошлого не вернешь и не изменишь.
Зато можно изменить будущее, напомнила себе Мод и зябко поежилась, не в силах отмахнуться от непрошеных мыслей.
Как с первой минуты Кайл безошибочно распознал ненависть Мод, точно так же безошибочно он понял, что ее родители любят его от всего сердца. Вскоре стало ясно, что Кайл вовсе не умственно отсталый, — напротив, у него ясный и развитой ум. Отец Мод, придя в восторг от его смышлености, нанял мальчику репетиторов; и, когда Кайл, выиграв конкурс, получил в местной школе стипендию, родители гордились им, как родным сыном.
Последнее воспоминание Мод о Кайле относилось к той самой злополучной ночи, когда ей исполнилось семнадцать За время учебы Кайл возмужал, раздался в плечах соответственно своим шести с лишним футам роста. Лицо его еще хранило загар после работы на каникулах за границей, черные волосы курчавились на затылке. В девичью комнатку Мод он принес запах мужчины, вызвавший у нее бессознательную неприязнь. Мод и теперь живо помнила, как ее тело, вопреки всепоглощающей ненависти, затрепетало, ощутив присутствие мужчины.