Она снова проверила свой лук, и ее пальцы на этот раз не дрожали. «Убей предводителя, — часто говорили ей отец и Альфред, — его солдаты растеряются». Светловолосый гигант был предводителем. Она должна убить его.

В это время Эрик Норвежский и подумать не мог, что его жизнь подвергается такой опасности. Он плыл не как враг, а как союзник, по приглашению Альфреда, короля Уэссекса.

Море было свирепо, но он знал его и не боялся. Небо почернело, а потом снова блеснула молния, как будто сам Господь пустил огненную стрелу. Один, бог язычников, повелитель викингов, метал стрелы молний, проезжая по небу в колеснице, запряженной черным жеребцом Зефиром; он колебал море и небо, то освещая их, то вновь погружая в темноту.

Эрик стоял, высокий и сильный, как золотоволосый бог, опираясь сапогом о голову дракона. Ветер трепал его волосы, а в синих глазах отражались молнии. Фигура его была словно высечена из камня. Лицо у него было широкое, губы твердо сжаты. Его борода и усы были ровно подстрижены. На нем был малиновый плащ, застегнутый у ворота сапфировой пряжкой. Ему не нужно было пышных одежд, чтобы показать свое благородное происхождение, потому что его осанка и стать приводили людей в трепет. Природа наградила его необычайной силой мускулов, широкими плечами и грудью. Живот его был подтянут, талия тонка. Его ноги упирались в палубу корабля, несущегося по бурным волнам, и были крепки как сталь.

И все же он был необычным викингом, потому что был сыном двух народов — ирландского и норвежского. Его отец, великий Северный Волк, был правителем ирландского города Дублина. Олаф, король Дублина, полюбил страну, где жила его ирландка-жена и заключил необычный мир с Верховным королем всей Ирландии. Дед Эрика по материнской линии Аэд Финнлайт правил всеми Ирландскими королями в Таре, а где-то в далекой Норвегии одним из великих ярлов — верховных владык — был дед Эрика со стороны отца.