Однако ее праведный гнев быстро остыл. Слишком многое для нее сейчас поставлено на карту, и в первую очередь будущее — ее и сына. Провоцировать Рубена было опасно, следовало, напротив, найти какие-то пути к пониманию, не перечить, а пойти ему навстречу. Няня привезет Стивена домой к одиннадцати — меньше, чем через три часа. К этому времени она должна быть дома, успев предварительно отделаться от Рубена.

— Очень нужен, — выдавила Энн.

— Достаточно сильно, чтобы рискнуть?

— Что значит «рискнуть»? Чем?

— Тем, чтобы стать моей на несколько дней. — Энн протянула руку к стакану с водой и поднесла его к губам. Ледяная вода обожгла губы, зубы стукнулись о стекло. Рубен наклонился вперед. — Я хочу, чтобы ты провела со мной уик-энд.

— Это и есть твое предложение?

— Я даю тебе возможность добиться права в дальнейшем самой распоряжаться своей жизнью.

— То есть я провожу с тобой уик-энд — и ты даешь мне развод?

— Если ты выполнишь мои условия.

Что-то уж больно легко все получается, подумала Энн, глядя на скатерть, на которой проступили темные пятнышки от воды. В голове ее была странная пустота — ни одной здравой мысли, которая могла бы помочь ей сообразить, что делать.

— И каковы же эти условия? — наконец спросила она.

— Я хочу провести с тобой конец недели. Четыре дня и три ночи. В месте по моему выбору.

— Ты хочешь, чтобы в эти дни… и ночи я была твоей женой?

— Я хочу, чтобы ты была моей любовницей. — Энн невольно вскинула голову. Рубен смотрел на нее все с той же улыбкой, никак не отражавшейся в глазах. — Я хочу обладать тобой, наслаждаться тобой в полной мере, хочу, чтобы ты снова стала моей — без остатка.

В сознании Энн шевельнулось нечто сродни первобытному голоду. Рубен прекрасно знал, как прежде она на него реагировала. Ему достаточно щелкнуть пальцами, чтобы она была у его ног.