— Ты думаешь, что потом у меня не хватит сил оставить тебя вторично.

— Разве я это говорил? — Рубен с безразличным видом пожал плечами.

— Здесь и слова-то не нужны. Я достаточно хорошо тебя знаю.

— Если я сочту, что ты меня достаточно ублажила, то начну бракоразводный процесс в Венесуэле. Но если ты не выполнишь моих требований, тебе придется вернуться на Суэньо и поучиться, как полагается себя вести образцовой жене.

— Иными словами, как бы ни повернулось дело, ты все равно останешься в выигрыше.

Рубен будто и не слышал ее слов.

— Тебе придется пожертвовать какими-то четырьмя днями. Любовь Уилла наверняка этого стоит, разве нет?

Любовь Уилла стоит большего, но такой ценой… Четыре дня в его постели заниматься сексом! Перед мысленным взором Энн встало видение: сплетенные руки и ноги, разгоряченные тела, сладкая нега… Кровь прихлынула к ее щекам.

— Твое предложение просто унизительно!

— Зато оно дает тебе некоторые перспективы. Надежду на будущее, например.

Надежду на будущее. Для Стивена. Энн сделала глубокий вдох и задумалась. Допустим, она примет его предложение. Будет перед ним совсем одна, нагая и беспомощная. Он доведет ее до полного исступления, так что она вновь будет желать его до безумия и мечтать только об одном — чтобы он был рядом. Как прежде.

Нет, это было чересчур рискованно — и для нее самой, и для Стивена. Энн снова вздохнула. У нее было такое ощущение, словно предложение Рубена разрушило все барьеры, которые она возвела в своем сердце, пытаясь уйти от прошлого.

Ведь когда они были вместе, с Энн творилось нечто такое, что приводило ее в экстаз и одновременно — в ужас. Она чувствовала себя удивительно живой, все ее ощущения обострились, жизнь расцвела яркими красками. Однако за все это приходилось платить дорогую цену. Рубен заставлял ее испытывать такие эмоции, над которыми она была не властна. Это было просто ненормально. Человеческие чувства не должны быть столь глубокими и острыми.