Энн совсем забыла, что стоит перед ним в подвенечном платье. Охваченная смущением, она разгладила юбку. Тонкий шелк отозвался лаской на прикосновение ее пальцев. Платье она решила примерить на всякий случай, чтобы точно знать, что в последнюю минуту не придется ничего переделывать.

— Я просто хотела посмотреть, как оно сидит.

— Сидит превосходно. — Глаза Рубена выразительно блеснули. — Просто идеально.

После ухода Рубена Энн еще час тряслась как в лихорадке. Она переоделась, выпила крепкого чаю, но никак не могла успокоиться. Она не его жена. Это невозможно. Невозможно, и все тут!

Мысли Энн, пока она ехала в детский сад за Стивеном, метались, будто лихорадке. Ведь если она по-прежнему законная жена Рубена, то он имеет права на ребенка. Он имеет право даже забрать Стивена!

Вечером, готовя ужин, Энн отчаянно старалась скрыть от сына терзавшую ее тревогу. Ей было невыносимо трудно поддерживать веселую беседу с ним, всегда доставлявшую ей такое удовольствие. Лишь уложив малыша, Энн вздохнула с облегчением. Ей было необходимо спокойно все обдумать в одиночестве.

Спустившись в свою маленькую гостиную, Энн принялась мерять комнату шагами, сосредоточенно грызя ноготь большого пальца. Единственный способ оградить Стивена от Рубена заключался в том, чтобы скрыть сам факт существования ребенка, но как это сделать? Энн было ясно одно: Рубен не должен узнать о том, что у него есть сын.

На следующий день Энн взяла отгул и весь день провисела на телефоне. Она звонила в суд, адвокатам, всем подряд, кто мог хоть как-то прояснить ситуацию и хоть чем-то помочь. Однако все ее надежды оказались напрасными. С ужасом Энн пришла к выводу: необходимые для развода документы не были оформлены должным образом, потому-то дело и закрыли около года назад. Рубен прав, по законам штата Массачусетс их брак никак не сочтешь расторгнутым.